— Не беспокойтесь, отец, — обиженно ответил Эзра. — Я уже достаточно взрослый, чтобы уметь выбирать друзей.

— Но зачем тебе такой друг?

— Мне нравится знакомиться с людьми, принадлежащими к этому классу. Вы преуспевающий коммерсант, отец, но вы… Ну, в обществе вы мне особенно помочь не можете. Тут нужен человек, который знает там все ходы и выходы, — человек вроде майора. А когда я смогу обойтись без него, я сразу дам ему это понять.

— Ну, поступай как знаешь, — коротко ответил Гердлстон.

Этот суровый и безжалостный человек имел только одну слабость. Еще с тех пор, когда его сын был совсем мальчиком, все споры между ними заканчивались этой фразой.

— Однако сейчас время заниматься делом, — продолжал коммерсант. — Ну так и будем заниматься делом. Я вижу, что иллинойсские стояли вчера на ста двенадцати пунктах.

— Сегодня утром они стоят на ста тринадцати.

— Как, ты уже побывал на бирже?

— Да, я зашел туда по пути в контору. Я бы попридержал их. Они будут подниматься еще несколько дней.

Старший партнер сделал пометку на полях списка.

— Хлопок, какой у нас есть, мы пока придержим, — сказал он.

— Нет, продавайте немедленно, — решительно ответил Эзра. — Вчера вечером, а вернее, сегодня утром, я видел молодого Феверстона из Ливерпуля. Разобрать, что говорил этот дурак, было трудно, но, во всяком случае, ясно одно: в ближайшее время хлопок упадет.

Гердлстон сделал в списке еще одну пометку. Он давно уже без колебаний следовал советам сына, так как долгий опыт показал ему, что они всегда были основательны.

— Возьми этот список, Эзра, — сказал он, протягивая ему лист. — и просмотри его. Если заметишь что-нибудь, что требует перемен, сделай пометку.

— Я займусь этим в конторе, — заметил его сын. — Надо же приглядывать за лентяями-клерками. Гилрею не под силу держать этих бездельников в руках.